Габриэль Арана был подростком, когда его родители узнали, что он гей. Его мать, обеспокоенная тем, что его жизнь как гея будет «слишком сложной», немедленно назначила встречу с терапевтом, Джозефом Николоси, дабы «излечить» его от гомосексуальности.

Арана, позже описавший свой опыт для American Prospect в 2012 году, подвергся процедуре, часто описываемой как «конверсионная терапия» — лечение, направленное на избавление от влечения к собственному полу. Он не одинок. В рамках последнего исследования стоимостью в 4,5 миллиона фунтов стерлингов, инициированного государством, было обнаружено, что 2% из 108 000 респондентов подвергались ей. 5% участников исследования предлагалось пройти её.

План действий ЛГБТК+ сообщества был разработан в сотрудничестве с премьер-министром Терезой Мэй как реакция на результаты этого исследования. Пенни Мордонт, член парламента, министр по делам женщин и равенства и автор доклада, также сказала, что  будет рассматривать «все законодательные и незаконодательные меры по запрещению продвижения, предложения и проведения конверсионой терапии».

«Наша цель — защитить людей, находящихся в группе риска насилия вне зависимости от его оснований: медицинского, коммерческого или религиозного», — пишет она. «Мы не пытаемся помешать ЛГБТ-людям получить медицинскую помощь, полагающуюся им по закону, или духовную поддержку от их религиозных наставников при исследовании их сексуальной ориентации или гендерной идентичности».

Core Issues Trust (североирландская христианская организация, фокусирующаяся на вопросах гомосексуальности) отреагировала на предлагаемый запрет заявлением о необходимости юридической экспертизы, если законопроект будет принят. Утверждается, что это предоставит «индивидам пространство для безопасного решения вопросов, связанных с сексуальным влечением» посредством «стандартной физиотерапевтичесской практики». Основатель Core Issues Trust, Майкл Дэвидсон утверждает, что «люди имеют право выбирать направление, в котором они хотят двигаться» и что «модель принудительной гомосексуальности не будет работать».

«Вы не можете заставить людей быть гомосексуалами лишь на основании наличия чувств», — заявил он на BBC в программе Виктории Дербишир. «Я буду добиваться юридической экспертизы, и мы будем заниматься правым делом, и мы совершенно точно будем открыты для помощи людям, которым надоело, что гей-идеология наступает им на горло».

Что представляет собой конверсионная терапия?

Конверсионная терапия — иногда упоминается как «лечение от гомосексуализма» — может принимать многие формы, но зачастую проводится в религиозном русле, основываясь на «силе молитвы». В своей статье 2011 года, которая стала поворотной в движении за запрет терапии, журналист Патрик Страдвик описал терапию, которой подвергался: молитвы, регрессивные методики, не имеющие доказательств своей эффективности, и обозначение гомосексуальности как патологии.

Опыт Араны в США был похожим на опыт Страдвика с акцентом на психотерапевтических методиках, кажущихся традиционными. Ему давали анкеты, где он должен был подтвердить или опровергнуть справедливость утверждений, сформулированных с подтекстом, что его влечение к мужчинам было ненастоящим. Николоси предполагал, что влечение Араны к мужчинам представляло собой проекцию: Арана хотел быть похожим на них, но ошибался, видя в жажде принятия с их стороны влечение к мужчинам.

ЛГБТ+ активистка Вики Бичинг также устно и письменно рассказывала о своём опыте конверсионной терапии — в её случае кульминацией был публичный «экзорцизм» перед 4 000 людей на религиозном собрании, когда ей было 16. В крайних случаях в рамках терапии используются электрошок и рвотные средства.

Если не принимать во внимание моральные, этические и политические аспекты конверсионной терапии, исследованиям, доказывающим её полезность, не достаёт аргументированности. Кроме того, не хватает исследований, доказывающих её безопасность. Одно из исследований, датируемое 2008 годом, выявило, что база источников, используемых для обоснования конверсионной терапии была «полна опущений, которые угрожают достоверности предоставляемых данных».

Одна из врачей, которых посещал Страдвик, предположила, что причиной его гомосексуальности стало то, что он подвергся сексуальному насилию. Майкл Кинг, профессор психиатрии Университетского колледжа Лондона, охарактеризовал это утверждение как «абсолютную противоположность исследований сексуального насилия» и «основа для синдрома ложных воспоминаний». Он также предложил аннулировать членство этой психотерапевта в Британской Ассоциации по консультированию и психотераппии (BACP).

Сама Британская Ассоциация по консультированию и психотерапии утверждает, что «нет научной, рациональной или этической причины относиться к людям, идентифицирующим себя посредством спектра сексуальности хоть сколько-нибудь отлично от людей, считающих себя исключительно гетеросексуалами», и каждая крупная институция по вопросам здоровья в Великобритании — включая NHS, Британскую медицинскую ассоциацию, Королевский колледж врачей и прочие — осуждают проведение конверсионной терапии.

В 2017 году все крупные ассоциации Великобритании по консультированию и психотерапии подписали Меморандум понимания (the Memorandum of Understanding) — соглашение, признающее вредоносность конверсионной терапии. Его основная цель — защитить общественность через обязательство полного прекращения практики конверсионной терапии в Великобритании.

Влияние на здоровье

Любой вид конверсионной терапии основывается на «нетолерантных, неточных и устаревших представлениях о гендере и сексуальной ориентации», — говорит Хума Мунши, менеджер по достижению равенства в благотворительном фонде ментального здоровья «Mind».

Терапия может привести к «серьёзному психологическому истощению», сопровождающемуся чувством изоляции и низкой самооценкой. Многие из тех, кто подвергается конверсионной терапии, приобретают долгосрочные проблемы с психическим здоровьем: тревога, депрессия, проблемы с восприятием себя и во многих случаях эпизоды нанесения себе вреда и суицидальные эпизоды. «В процессе конверсионной терапии люди могут испытывать стыд за свою идентичность и страдать от невозможности раскрыть собственную сексуальную идентичность на работе, дома или миру в целом», — добавляет она.

Мунши также указывает на более высокий риск возникновения проблем с ментальным здоровьем среди ЛГБТК+ людей зачастую по причине «буллинга, отвержения, стигмы и дискриминации».

«52% молодых ЛГБТ-людей сообщали об эпизодах селф-харма в недавнем или отдалённом прошлом в сравнении с 25% среди гетеросексуальных нетранссексуальных людей» — говорит она. «44% молодых ЛГБТ-людей задумывались о суициде в сравнении с 26% гетеросексуальных нетранссексуальных людей». Эти данные подчёркивают особенную жесткость конверсионной терапии.

В статье 2013 года в McGeorge Law Review указывается, что терапия может вести к «депрессии и суицидальным наклонностям», также цитируя отрывок из показаний Райана Кендалла в Комитете Ассамблеи штата Калифорния: «Конверсионная терапия  разрушила мою жизнь и семью».

Чтобы прекратить терапию, которая ввела моих родителей в заблуждение, будто бы каким-то способом я могу стать гетеросексуальным, мне пришлось бежать из дома... когда мне было 16, я потерял всё. Моя семья и моя вера отвергли меня, и вредные установки конверсионной терапии вкупе с этой отвергнутостью довели меня до грани суицида.

Эти выводы подтверждает и другое исследование. Действенность терапии оспаривалась годами. В 1969 году на основании исследований был сделан вывод, что подвергшиеся терапии испытывали беспокойство, депрессию, бессилие, неспособность строить отношения и в некоторых случаях суицидальные наклонности. В третьих исследованиях сообщается об «изнуряющей депрессии, желудочных расстройствах, ночных кошмарах и тревоге». Некоторые из подвергшихся терапии начали злоупотреблять алкоголем и наркотиками, чтобы совладать с депрессией, вызванной лечением.

В более позднем исследовании Американской психологической ассоциации приводится более полный список последствий: злость, замешательство, депрессия, печаль, вина, безнадёжность, ухудшающиеся отношения с семьёй, потеря социальной поддержки, потеря веры, низкая самооценка, социальная изоляция, проблемы с половой жизнью, навязчивые идеи, мысли о самоубийстве, ненависть к себе, сексуальная дисфункция.

Восстановление

Мунши предполагает, что любой человек, подвергавшийся конверсионной терапии, должен немедленно связаться с врачом общей практики и ЛГБТК+ организациями, особенно с теми из них, что могут предложить профессиональную психологическую помощь.

При этом всё ещё наблюдается дефицит служб, которые отвечали бы нуждам ЛГБТК+ сообщества.

«Mind хотелось бы, чтобы службы психического здоровья были доступны каждому», — говорит Мунши. «Уполномоченным лицам необходимо понимать и принимать во внимание важность существования по-настоящему инклюзивной поддержки, адресованной нуждам этой социальной группы, которая бы отличалась осознанием влияния, которое могут оказывать на психическое здоровье проблемы, характерные для ЛГБТК+».

Mind предлагает службам психологической поддержки внедрять ЛГБТК+ френдли подход – процесс, который предполагает «обучение, обдумывание, анализ и планирование, чтобы гарантировать, что службы демонстрируют понимание гомофобии, бифобии, трансфобии и гетеронормативности, и влияния, которое службы оказывают на ЛГБТК+ людей, обращающихся к ним за помощью».

«Сексуальная ориентация человека или его гендерная идентичность являются естественной частью идентичности в целом и не могут быть изменены», — говорит Лора Рассел, глава стратегии в благотворительном ЛГБТК+ фонде Stonewall. «Так называемая «терапия» пытается пристыдить человека через игнорирование важной части его личности, что может иметь вредное влияние на психическое здоровье человека и его самочувствие».

Лесбиянки, геи, бисексуалы и транс-люди не являются больными.

Этот материал — перевод оригинальной статьи Wired, The cruel, dangerous reality of gay conversion therapy.